В нашей стране Интернет появился с опозданием, но темпы роста Рунета оказались выше, чем любой другой части Сети. Согласно масштабному исследованию мотивации обращения к Интернету [1], по мнению пользователей, теперь он помогает удовлетворить большую часть потребностей. Это позволяет взглянуть на возможности, предоставляемые Интернетом, как на новые культурные средства, опосредствующие деятельность современного человека и способные принять участие в формировании его высших психических функций. Сам же Интернет в целом может рассматриваться как феномен культуры, обладающий семиотическими и психологическими особенностями. В настоящей работе анализируются те свойства Интернета, которые делают возможным отношение к нему (объективно, а не в плане сознательного использования) как к инструменту развития самосознания и формирования образа мира и образа «Я» с заданными характеристиками. В задачи исследования входил анализ психологической реальности, порождаемой задачами и инструментарием, ориентированными на Интернет, а также изучение личностных особенностей, побуждающих человека интенсивно пользоваться психологическими средствами, содержащимися в Интернет-культуре.
В данный момент уже не вызывает сомнений тот факт, что воздействие, которое Интернет может оказать на личность пользователя, является более глубоким и системным, чем воздействие любой другой технической системы, в том числе персонального компьютера. А.Е. Войскунский с соавторами [3], подводя итог начальному этапу психологических исследований Интернета, указывает, что влияние на личностное развитие информационных технологий не может быть однозначно квалифицировано как положительное или отрицательное: наряду с негативными трансформациями личности при так называемой Интернет-аддикции существует возможность позитивного развития отдельных способностей и Я-концепции и мотивационной сферы в целом. Особый интерес представляет собой такое явление, как «игры с идентичностью» [7] или экспериментирование с самопрезентированием, опирающееся на фундаментальное свойство Интернета, задающее ситуацию безопасности — анонимность. Другие свойства Интернета — пространственно— временная неограниченность коммуникации [2] и легкость визуализации ипостасей личности [9] создают предпосылки для интенсификации общения на личностном уровне. Можно предположить, что Интернет-технологии не просто предоставляют новые возможности для коммуникации, но порождают особое культурное пространство, в котором субъект вовлекается в новые виды деятельности и получает в свое распоряжение орудия, опосредствующие процесс формирования образа «Я».
Проведенный нами в работе [13] анализ реалий Интернет-среды по описанным Ю.М. Лотманом параметрам семиосферы [10] позволил выделить следующие психологические особенности Интернет-культуры:
— Интернет делит мир на «свое» и «чужое» пространство, причем существуют объективные предпосылки для восприятия мира Интернета и как характеризующегося открытостью, независимостью субъекта и простором для личностного роста, и как навязывающего свои правила, затягивающего, «высасывающего жизненные соки».
— Пространство Интернета дает возможность для реализации мифологической составляющей образа «Я»: идентификации с культурным героем Интернета — хакером; осуществления действия «перемещения»; «преодоления границ»; партиципации как результата тождества ролей в рамках одной деятельности и соучастия в режиме «реального времени».
— Интернет стимулирует формирование «чудесной» картины мира, выполняя по отношению ко всей современной культуре функцию периферии, где происходит накопление информации о случайном, новом, ненормативном, не вписывающемся в жесткие рамки устоявшихся представлений.
— Семиотическое пространство Интернета, содержащее языки двух типов — символьного и иконического, — является средой порождения новых текстов и новых смыслов (о связи смысла, «живого» знания с принципиальной неполнотой перевода см. у В.П. Зинченко [8]).
Эти свойства Интернета должны иметь своего «потребителя» — того, чей образ мира и образ «Я» нуждаются именно в такой «среде обитания». В настоящий момент сложилось уже достаточно обширное и дифференцированное сообщество пользователей Интернета, в котором наряду со случайными посетителями, постоянными пользователями определенных ресурсов, «работниками Интернета» выделяется и группа людей — их уместнее всего назвать «жителями Интернета». Это те, кто имеет достаточно высокую мотивацию пребывания в Сети. В частности, они тратят значительные финансовые и временные ресурсы, а также демонстрируют высокую эмоциональную включенность в проблемы Интернета, причем собственно деловых задач, решаемых его средствами, у них или немного, или их решение увязывается с решением иных, чаще коммуникативных задач. Эта группа демонстрирует тенденции, характерные для Интернета в целом: «мотивы коммуникативного, корпоративного и креативного содержания, мотивы личностного общения приобретают все большую представленность в системе мотивационной регуляции» [1, с. 56].
Целью нашего исследования явилось выделение особенностей эмоциональной и коммуникативной сфер, свойственных людям, склонным к превращению Интернет-среды в пространство открытого общения, поиска и самовыражения, в «свое» пространство. Можно предположить, что использование Интернет-ресурсов в качестве средств общения и самораскрытия характерно для тех, кто ощущает некоторую недостаточность, неполноту, ущербность «обычной» реальности. Соответственно образ «Я» и самооценка таких людей, сформировавшись под влиянием столкновений с неудовлетворяющей их реальностью, должны отличаться определенными особенностями.
МЕТОДИКА
Исследование проводилось на выборке из 67 чел. 40 чел. — группа «жителей Интернета» — были отобраны по обсуждавшимся выше критериям: эмоциональная насыщенность Интернет-взаимодействия, ориентация на общение в Интернете, значительные временные и финансовые затраты на Интернет. 27 чел. вошли в контрольную группу — это те, кто лишь эпизодически обращается к Интернету и только с деловым запросом. Испытуемые в обеих группах принадлежали к одной возрастной и социальной группе — студенты московских вузов.
Использовались проективные методики, в минимальной степени провоцирующие работу защитных механизмов и не вызывающие протеста со стороны испытуемых-интернетчиков. Применялись: восьмицветный тест М. Люшера, «Несуществующее животное», «Рисунок человека» и методика самооценки Дембо-Рубинштейн.
РЕЗУЛЬТАТЫ
Рисуночные методики позволили обнаружить, что практически все испытуемые-интернетчики имеют проблемы в сфере общения и образе «Я» (95%, или 38 чел.); в контрольной группе испытуемых с явными проблемами оказалось значительно меньше (14.8%, 4 чел.). Наиболее ярко проявились в рисунках сложности в принятии своего физического «Я» (схематичное или аморфное тело, недорисовка нижней части тела у человека) — 55% (22 чел.) в группе Интернет-жителей и 11.1% (3 чел.) в контрольной группе; сложности в непосредственном общении (закрытые глаза, очки, непрорисованное лицо, вид с затылка) — 35% (14 чел.) и 7.4% (2 чел.) соответственно; склонность к интеллектуализации (непропорционально большая голова при слабом теле) — 30% (12 чел.) и 18.5% (5 чел.); чувство одиночества и недостатка взаимопонимания, возможно связанное со сложностями в общении с противоположным полом (животное уникально, не размножается, живет в одиночку, на далекой планете) — 32.5% (13 чел.) и 18.5% (5 чел.). Эти данные отражены на рисунке. Особо следует отметить низкую агрессивность группы интернетчиков: в рисунках несуществующего животного только у троих испытуемых (7.5%) наблюдаются некоторые признаки речевой агрессии.
Результаты исследования эмоциональной сферы по тесту Люшера указывают на напряженность и некоторую склонность к негативизму у «жителей Интернета». 85% (35 чел.) имеют хотя бы одну фрустрированную потребность (отвержение одного из основных цветов) и 35% (14 чел.) — не менее двух неудовлетворяемых потребностей, при этом только 25% (10 чел.) не используют неконструктивные компенсации. Какого-либо единообразия в переживаемых проблемах не наблюдается (отвержение каждого из четырех основных цветов встречается приблизительно равное число раз — от 32.5 до 35%), но компенсация тревоги бунтарством и отказом от общепринятых норм (черный в начале ряда) характерна для 55% (22 чел.) всех испытуемых-интернетчиков.
Данные, полученные с помощью методики изучения самооценки Дембо-Рубинштейн, подтверждают существование определенных особенностей самооценки «жителей Интернета». Испытуемым были предложены четыре шкалы — ум, общительность, «интересность», независимость. Обнаружилось, что независимость для них выступает как особая ценность: 40% (16 чел.) считают, что их высокие баллы по этой шкале компенсируют недостаток общительности или «интересности», а 12.5% (5 чел.) воспринимают свою независимость как чрезмерную (для идеального «Я» баллы по этой шкале ниже, чем для реального «Я»). 47.5% испытуемых (19 чел.) имеют недифференцированные и завышенные представления об идеальном «Я», еще у 12.5% (5 чел.) эти представления нереалистичны (по сравнению с баллами по реальному «Я»), у 10% (4 чел.) самооценка занижена.
Результаты исследования образа «Я» с помощью рисуночных методик.
П — наличие проблем, связанных с образом «Я», в том числе:
1 — сложности в принятии своего физического «Я»;
2 — сложности в непосредственном общении;
3 — переживание одиночества и недостатка понимания со стороны других;
4 — склонность к интеллектуализации.
ОБСУЖДЕНИЕ РЕЗУЛЬТАТОВ
Полученные результаты свидетельствуют о том, что основные проблемы «жителя Интернета» концентрируются в области самопринятия: в этой группе в пять раз чаще, чем в контрольной, встречаются люди, испытывающие сложности в близком общении и самораскрытии, а также в принятии своего физического «Я» и своих телесных потребностей.
Возможной непосредственной причиной этого являются неразвитые, инфантильные механизмы самооценки, порождающие идеалистические требования и препятствующие формированию дифференцированных и адекватных представлений о себе.
В эмоциональной сфере такая ситуация приводит к появлению значительной напряженности, попытки снижения которой — при характерном для этой группы отсутствии личностной агрессивности — осуществляются с помощью трех основных приемов. Первый — это стремление решать любые задачи, в том числе личностные и межличностные, только интеллектуальными средствами, что сближает эту группу с группой хакеров и высококвалифицированных программистов (см. [14]). Второй прием связан с формированием таких представлений о мире, в которых подчеркивается уникальность, неповторимость каждого, «объясняющая» субъекту невозможность полного и верного взаимопонимания. Внутреннее одиночество в такой картине мира становится системообразующей категорией, а в общении ведущим оказывается информационный компонент. Третий прием — негативизм и отвержение социальных норм. При низкой агрессивности и затрудненности групповой идентификации этот путь связан не с асоциальным поведением, а с индивидуальным уходом из сферы нормативного регулирования.
Обнаруженные особенности «жителя Интернета» дополняются особенностями самой Интернет-коммуникации. Остановимся кратко на этих особенностях с тем, чтобы прояснить, что именно позволяет Интернет-среде удовлетворять потребности своих «жителей».
Прежде всего, необходимо отметить, что Интернет предоставляет уникальную возможность совместить коммуникацию и автокоммуникацию: тексты, посылаемые другому, одновременно становятся доступны и адресату и адресанту. То, что обычно разнесено во времени и соответственно требует разделения ролей, в Интернете реализуется «здесь и сейчас». Появление автокоммуникации (в частности, связанное со взрывным возрождением эпистолярного жанра) принципиально меняет психологические условия для пользователя как личности. Согласно Ю.М. Лотману, «если коммуникативная система Я-Он обеспечивает лишь передачу некоторого константного объема информации, то в канале Я-Я происходит ее качественная трансформация, которая приводит к перестройке самого этого Я» [10, с. 26].
Другая особенность Интернет-общения — страсть «жителей Интернета» к дискуссиям, спорам и обсуждениям, что в первую очередь сказывается на развитии самосознания. Л.С. Выготский вслед за Ж. Пиаже отмечал, что «именно возникновение спора приводит ребенка к систематизации собственных мнений» [6, с. 224].
Следующая особенность коммуникативного процесса в Интернете — использование «ника» — является воплощением опосредствующей функции слова. Как в методике двойной стимуляции псевдослово постепенно наполняется предметным содержанием, так и «ник» выступает средством обобщения текстов, которые им маркируются, и за ним со временем и для собеседников и для самого автора начинает проступать его предметная отнесенность (см., например, эпиграф).
У Интернет-коммуникации есть еще одно свойство (анонимность), неоднократно отмечавшееся в литературе [3, 5, 9]. «Граница личности есть граница семиотическая» [10, с. 186]. В данном случае граница личности «жителя Интернета» не включает ни телесное «Я» человека, ни его свойства как субъекта социальных отношений: и физическое, и социальное «лицо» человека как раз и скрыты в Интернете под маской анонимности.
Итак, три особенности Интернета — автокоммуникация, дискуссионная практика и традиция псевдонимов — создают предпосылки для интенсивной работы над образом «Я». Интернет как особая культурная среда предоставляет дополнительные средства для развития самосознания как высшей психической функции. Выделенные Выготским три ступени в развитии всякой психической функции выглядят здесь следующим образом: «Я» как автор суждений и выборов, зафиксированных в Интернете — «автор в себе»; «Я» как автор, воспринимаемый другими участниками Интернет-общения — «автор для других»; «Я» как автор, осознающий свое авторство и принимающий точку зрения на себя как на автора своих суждений и выборов — «автор для себя». Это позволяет «жителю Интернета» осуществить себя как личность: «То же, что принято называть личностью, является не чем иным, как самосознанием человека: новое поведение человека становится поведением для себя, человек сам осознает себя как известное единство» [6, с. 227].
Четвертая особенность Интернет-общения — анонимность — накладывает ограничения на само понимание личности в этой среде. В Интернете телу отказано в семиотическом статусе [4], точнее — этот статус признан нулевым. В 60-е годы хакеры, как представители молодежного бунта, приравняли к нулевому семиотический статус социальных достижений человека, заявив о равенстве всех в компьютерном мире независимо от дипломов и должностей. Интернет-культура сделала второй шаг к десемиотизации вещного мира, исключив из свойств своего пользователя природную составляющую. Таким образом, личность в Интернете может пониматься только одним-единственным способом — как субъект культуры. Понятую именно так личность В.В. Петухов определяет как субъекта ответственного и самостоятельного выбора [11].
ЗАКЛЮЧЕНИЕ
Проведенное исследование эмоциональной и коммуникативной сфер людей, эмоционально вовлеченных в Интернет-коммуникацию, подтвердило выдвинутую гипотезу о наличии у них специфических проблем в образе «Я» и связанным с этим эмоциональным напряжением.
В группе «жителей Интернета» преобладают люди с нереалистическими и недифференцированными требованиями к себе, дискриминирующие собственную телесность, ощущающие некоторую дистанцию между собой и другими и пытающиеся компенсировать отсутствие чувства близости и взаимопонимания преувеличенными представлениями о собственной независимости, а также отказом от следования общепринятым нормам.
Полученные данные об особенностях образа «Я» и самооценки «жителей Интернета» могут быть проинтерпретированы не только как показатель неблагополучия тех, кто стремится в Интернет-среду, и вредоносности самой этой среды (ссылки на такие результаты см. в [5]). Можно рассматривать Интернет как культуру, в рамках которой появились новые средства для личностного развития тех, кому по каким-либо причинам трудно формировать свой образ «Я» с опорой на свои природные данные или социальные достижения.
Появление Интернета не только поставило точку в индустриальном этапе развития общества, но и изменило психологические свойства современной культуры. Для активного участника Интернет-жизни проблема отчуждения в том виде, в котором ее обсуждал Э. Фромм, уже не стоит. «Он не участвует ни в планировании трудового процесса, ни в его результатах, он почти никогда не соприкасается с произведенным продуктом в целом» [12, с. 194]. Вряд ли человек, имеющий свой сайт (личный или корпоративный) или поддерживающий своим присутствием Интернет-сообщество, отнесет эти слова к себе. Да и отмечаемая Лотманом оборотная сторона ориентированной на сообщения культуры XX в. — «резкое разделение на передающих и принимающих, возникновение психологической установки на получение истины в качестве готового сообщения о чужом умственном усилии...» [10, с. 44-45] — уже не характерна для ориентированной на автокоммуникацию культуры Интернета.
СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ
Арестова О.Н., Бабанин Л.Н., Войскунский А.Е. Психологическое исследование мотивации пользователей Интернета // 2-я Российская конференция по экологической психологии. Тезисы. М., 2000.
Арестова О.Н., Бабанин Л.Н., Войскунский А.Е. Коммуникация в компьютерных сетях: психологические детерминанты и последствия // Вестник МГУ. Сер. 14. 1996. Вып. 4.
Бабаева Ю.Д., Войскунский А.Е., Смыслова О.В. Интернет: воздействие на личность // Гуманитарные исследования в Интернете / Под ред. А.Е. Вой-скунского. М., 2000.
Байбурин А.К. Семиотические аспекты функционирования вещей // Этнографическое изучение знаковых средств культуры. Л.: Наука, 1989.
Войскунский А.Е. Психологические аспекты деятельности человека в Интернет-среде // 2-я Российская конференция по экологической психологии. Тезисы. М., 2000.
Выготский Л.С. Собр. соч. М.: Педагогика, 1984. Т. 4. С. 227.
Жичкина А.Е., Белинская Е.П. Самопрезентация в виртуальной коммуникации и особенности идентичности подростков-пользователей Интернета // Труды по социологии образования. М., 2000. Т. 5. Вып. 7.
Зинченко В.П. Живое знание. Самара, 1998.
Ленский В.Е., Рапуто А.Г. Моделирование и поддержка сообществ в Интернете. М., 1999.
Лотман Ю.М. Внутри мыслящих миров. М., 1996.
Петухов В.В. Понятие личности // Субъект деятельности. Хрестоматия. М., 1998.
Фромм Э. Современное положение человека // Психоанализ и этика. М.: Республика, 1993. С. 194.
Чудова Н.В., Евлампиева М.А., Рахимова Н.А. Психологические особенности коммуникативного пространства Интернета // Медиапсихология. М., 2001.
Чудова Н.В., Долныкова А.А. Психологические особенности суперпрограммистов // Психол. журн. 1997. Т. 18. N 1.
PECULIARITIES OF SELF-IMAGE OF «INTERNET RESIDENT»
N. V. Chudova
Cand. sci. (psychology), sen. res. ass., Institute of program systems of RAS, Pereslavl-Zalessky
Internet is considered as a new cultural space and its peculiar semiotic sphere is analyzed. There are presented the data obtained in self-image examination in users who are the main consumptive group of Internet culture and are called «Internet residents». Peculiarities of Internet communication are considered as a new cultural means mediating the development of self-consciousness.
Key words: self-image, Internet culture, development of self-consciousness, authorial position.
В данный момент уже не вызывает сомнений тот факт, что воздействие, которое Интернет может оказать на личность пользователя, является более глубоким и системным, чем воздействие любой другой технической системы, в том числе персонального компьютера. А.Е. Войскунский с соавторами [3], подводя итог начальному этапу психологических исследований Интернета, указывает, что влияние на личностное развитие информационных технологий не может быть однозначно квалифицировано как положительное или отрицательное: наряду с негативными трансформациями личности при так называемой Интернет-аддикции существует возможность позитивного развития отдельных способностей и Я-концепции и мотивационной сферы в целом. Особый интерес представляет собой такое явление, как «игры с идентичностью» [7] или экспериментирование с самопрезентированием, опирающееся на фундаментальное свойство Интернета, задающее ситуацию безопасности — анонимность. Другие свойства Интернета — пространственно— временная неограниченность коммуникации [2] и легкость визуализации ипостасей личности [9] создают предпосылки для интенсификации общения на личностном уровне. Можно предположить, что Интернет-технологии не просто предоставляют новые возможности для коммуникации, но порождают особое культурное пространство, в котором субъект вовлекается в новые виды деятельности и получает в свое распоряжение орудия, опосредствующие процесс формирования образа «Я».
Проведенный нами в работе [13] анализ реалий Интернет-среды по описанным Ю.М. Лотманом параметрам семиосферы [10] позволил выделить следующие психологические особенности Интернет-культуры:
— Интернет делит мир на «свое» и «чужое» пространство, причем существуют объективные предпосылки для восприятия мира Интернета и как характеризующегося открытостью, независимостью субъекта и простором для личностного роста, и как навязывающего свои правила, затягивающего, «высасывающего жизненные соки».
— Пространство Интернета дает возможность для реализации мифологической составляющей образа «Я»: идентификации с культурным героем Интернета — хакером; осуществления действия «перемещения»; «преодоления границ»; партиципации как результата тождества ролей в рамках одной деятельности и соучастия в режиме «реального времени».
— Интернет стимулирует формирование «чудесной» картины мира, выполняя по отношению ко всей современной культуре функцию периферии, где происходит накопление информации о случайном, новом, ненормативном, не вписывающемся в жесткие рамки устоявшихся представлений.
— Семиотическое пространство Интернета, содержащее языки двух типов — символьного и иконического, — является средой порождения новых текстов и новых смыслов (о связи смысла, «живого» знания с принципиальной неполнотой перевода см. у В.П. Зинченко [8]).
Эти свойства Интернета должны иметь своего «потребителя» — того, чей образ мира и образ «Я» нуждаются именно в такой «среде обитания». В настоящий момент сложилось уже достаточно обширное и дифференцированное сообщество пользователей Интернета, в котором наряду со случайными посетителями, постоянными пользователями определенных ресурсов, «работниками Интернета» выделяется и группа людей — их уместнее всего назвать «жителями Интернета». Это те, кто имеет достаточно высокую мотивацию пребывания в Сети. В частности, они тратят значительные финансовые и временные ресурсы, а также демонстрируют высокую эмоциональную включенность в проблемы Интернета, причем собственно деловых задач, решаемых его средствами, у них или немного, или их решение увязывается с решением иных, чаще коммуникативных задач. Эта группа демонстрирует тенденции, характерные для Интернета в целом: «мотивы коммуникативного, корпоративного и креативного содержания, мотивы личностного общения приобретают все большую представленность в системе мотивационной регуляции» [1, с. 56].
Целью нашего исследования явилось выделение особенностей эмоциональной и коммуникативной сфер, свойственных людям, склонным к превращению Интернет-среды в пространство открытого общения, поиска и самовыражения, в «свое» пространство. Можно предположить, что использование Интернет-ресурсов в качестве средств общения и самораскрытия характерно для тех, кто ощущает некоторую недостаточность, неполноту, ущербность «обычной» реальности. Соответственно образ «Я» и самооценка таких людей, сформировавшись под влиянием столкновений с неудовлетворяющей их реальностью, должны отличаться определенными особенностями.
МЕТОДИКА
Исследование проводилось на выборке из 67 чел. 40 чел. — группа «жителей Интернета» — были отобраны по обсуждавшимся выше критериям: эмоциональная насыщенность Интернет-взаимодействия, ориентация на общение в Интернете, значительные временные и финансовые затраты на Интернет. 27 чел. вошли в контрольную группу — это те, кто лишь эпизодически обращается к Интернету и только с деловым запросом. Испытуемые в обеих группах принадлежали к одной возрастной и социальной группе — студенты московских вузов.
Использовались проективные методики, в минимальной степени провоцирующие работу защитных механизмов и не вызывающие протеста со стороны испытуемых-интернетчиков. Применялись: восьмицветный тест М. Люшера, «Несуществующее животное», «Рисунок человека» и методика самооценки Дембо-Рубинштейн.
РЕЗУЛЬТАТЫ
Рисуночные методики позволили обнаружить, что практически все испытуемые-интернетчики имеют проблемы в сфере общения и образе «Я» (95%, или 38 чел.); в контрольной группе испытуемых с явными проблемами оказалось значительно меньше (14.8%, 4 чел.). Наиболее ярко проявились в рисунках сложности в принятии своего физического «Я» (схематичное или аморфное тело, недорисовка нижней части тела у человека) — 55% (22 чел.) в группе Интернет-жителей и 11.1% (3 чел.) в контрольной группе; сложности в непосредственном общении (закрытые глаза, очки, непрорисованное лицо, вид с затылка) — 35% (14 чел.) и 7.4% (2 чел.) соответственно; склонность к интеллектуализации (непропорционально большая голова при слабом теле) — 30% (12 чел.) и 18.5% (5 чел.); чувство одиночества и недостатка взаимопонимания, возможно связанное со сложностями в общении с противоположным полом (животное уникально, не размножается, живет в одиночку, на далекой планете) — 32.5% (13 чел.) и 18.5% (5 чел.). Эти данные отражены на рисунке. Особо следует отметить низкую агрессивность группы интернетчиков: в рисунках несуществующего животного только у троих испытуемых (7.5%) наблюдаются некоторые признаки речевой агрессии.
Результаты исследования эмоциональной сферы по тесту Люшера указывают на напряженность и некоторую склонность к негативизму у «жителей Интернета». 85% (35 чел.) имеют хотя бы одну фрустрированную потребность (отвержение одного из основных цветов) и 35% (14 чел.) — не менее двух неудовлетворяемых потребностей, при этом только 25% (10 чел.) не используют неконструктивные компенсации. Какого-либо единообразия в переживаемых проблемах не наблюдается (отвержение каждого из четырех основных цветов встречается приблизительно равное число раз — от 32.5 до 35%), но компенсация тревоги бунтарством и отказом от общепринятых норм (черный в начале ряда) характерна для 55% (22 чел.) всех испытуемых-интернетчиков.
Данные, полученные с помощью методики изучения самооценки Дембо-Рубинштейн, подтверждают существование определенных особенностей самооценки «жителей Интернета». Испытуемым были предложены четыре шкалы — ум, общительность, «интересность», независимость. Обнаружилось, что независимость для них выступает как особая ценность: 40% (16 чел.) считают, что их высокие баллы по этой шкале компенсируют недостаток общительности или «интересности», а 12.5% (5 чел.) воспринимают свою независимость как чрезмерную (для идеального «Я» баллы по этой шкале ниже, чем для реального «Я»). 47.5% испытуемых (19 чел.) имеют недифференцированные и завышенные представления об идеальном «Я», еще у 12.5% (5 чел.) эти представления нереалистичны (по сравнению с баллами по реальному «Я»), у 10% (4 чел.) самооценка занижена.
Результаты исследования образа «Я» с помощью рисуночных методик.
П — наличие проблем, связанных с образом «Я», в том числе:
1 — сложности в принятии своего физического «Я»;
2 — сложности в непосредственном общении;
3 — переживание одиночества и недостатка понимания со стороны других;
4 — склонность к интеллектуализации.
ОБСУЖДЕНИЕ РЕЗУЛЬТАТОВ
Полученные результаты свидетельствуют о том, что основные проблемы «жителя Интернета» концентрируются в области самопринятия: в этой группе в пять раз чаще, чем в контрольной, встречаются люди, испытывающие сложности в близком общении и самораскрытии, а также в принятии своего физического «Я» и своих телесных потребностей.
Возможной непосредственной причиной этого являются неразвитые, инфантильные механизмы самооценки, порождающие идеалистические требования и препятствующие формированию дифференцированных и адекватных представлений о себе.
В эмоциональной сфере такая ситуация приводит к появлению значительной напряженности, попытки снижения которой — при характерном для этой группы отсутствии личностной агрессивности — осуществляются с помощью трех основных приемов. Первый — это стремление решать любые задачи, в том числе личностные и межличностные, только интеллектуальными средствами, что сближает эту группу с группой хакеров и высококвалифицированных программистов (см. [14]). Второй прием связан с формированием таких представлений о мире, в которых подчеркивается уникальность, неповторимость каждого, «объясняющая» субъекту невозможность полного и верного взаимопонимания. Внутреннее одиночество в такой картине мира становится системообразующей категорией, а в общении ведущим оказывается информационный компонент. Третий прием — негативизм и отвержение социальных норм. При низкой агрессивности и затрудненности групповой идентификации этот путь связан не с асоциальным поведением, а с индивидуальным уходом из сферы нормативного регулирования.
Обнаруженные особенности «жителя Интернета» дополняются особенностями самой Интернет-коммуникации. Остановимся кратко на этих особенностях с тем, чтобы прояснить, что именно позволяет Интернет-среде удовлетворять потребности своих «жителей».
Прежде всего, необходимо отметить, что Интернет предоставляет уникальную возможность совместить коммуникацию и автокоммуникацию: тексты, посылаемые другому, одновременно становятся доступны и адресату и адресанту. То, что обычно разнесено во времени и соответственно требует разделения ролей, в Интернете реализуется «здесь и сейчас». Появление автокоммуникации (в частности, связанное со взрывным возрождением эпистолярного жанра) принципиально меняет психологические условия для пользователя как личности. Согласно Ю.М. Лотману, «если коммуникативная система Я-Он обеспечивает лишь передачу некоторого константного объема информации, то в канале Я-Я происходит ее качественная трансформация, которая приводит к перестройке самого этого Я» [10, с. 26].
Другая особенность Интернет-общения — страсть «жителей Интернета» к дискуссиям, спорам и обсуждениям, что в первую очередь сказывается на развитии самосознания. Л.С. Выготский вслед за Ж. Пиаже отмечал, что «именно возникновение спора приводит ребенка к систематизации собственных мнений» [6, с. 224].
Следующая особенность коммуникативного процесса в Интернете — использование «ника» — является воплощением опосредствующей функции слова. Как в методике двойной стимуляции псевдослово постепенно наполняется предметным содержанием, так и «ник» выступает средством обобщения текстов, которые им маркируются, и за ним со временем и для собеседников и для самого автора начинает проступать его предметная отнесенность (см., например, эпиграф).
У Интернет-коммуникации есть еще одно свойство (анонимность), неоднократно отмечавшееся в литературе [3, 5, 9]. «Граница личности есть граница семиотическая» [10, с. 186]. В данном случае граница личности «жителя Интернета» не включает ни телесное «Я» человека, ни его свойства как субъекта социальных отношений: и физическое, и социальное «лицо» человека как раз и скрыты в Интернете под маской анонимности.
Итак, три особенности Интернета — автокоммуникация, дискуссионная практика и традиция псевдонимов — создают предпосылки для интенсивной работы над образом «Я». Интернет как особая культурная среда предоставляет дополнительные средства для развития самосознания как высшей психической функции. Выделенные Выготским три ступени в развитии всякой психической функции выглядят здесь следующим образом: «Я» как автор суждений и выборов, зафиксированных в Интернете — «автор в себе»; «Я» как автор, воспринимаемый другими участниками Интернет-общения — «автор для других»; «Я» как автор, осознающий свое авторство и принимающий точку зрения на себя как на автора своих суждений и выборов — «автор для себя». Это позволяет «жителю Интернета» осуществить себя как личность: «То же, что принято называть личностью, является не чем иным, как самосознанием человека: новое поведение человека становится поведением для себя, человек сам осознает себя как известное единство» [6, с. 227].
Четвертая особенность Интернет-общения — анонимность — накладывает ограничения на само понимание личности в этой среде. В Интернете телу отказано в семиотическом статусе [4], точнее — этот статус признан нулевым. В 60-е годы хакеры, как представители молодежного бунта, приравняли к нулевому семиотический статус социальных достижений человека, заявив о равенстве всех в компьютерном мире независимо от дипломов и должностей. Интернет-культура сделала второй шаг к десемиотизации вещного мира, исключив из свойств своего пользователя природную составляющую. Таким образом, личность в Интернете может пониматься только одним-единственным способом — как субъект культуры. Понятую именно так личность В.В. Петухов определяет как субъекта ответственного и самостоятельного выбора [11].
ЗАКЛЮЧЕНИЕ
Проведенное исследование эмоциональной и коммуникативной сфер людей, эмоционально вовлеченных в Интернет-коммуникацию, подтвердило выдвинутую гипотезу о наличии у них специфических проблем в образе «Я» и связанным с этим эмоциональным напряжением.
В группе «жителей Интернета» преобладают люди с нереалистическими и недифференцированными требованиями к себе, дискриминирующие собственную телесность, ощущающие некоторую дистанцию между собой и другими и пытающиеся компенсировать отсутствие чувства близости и взаимопонимания преувеличенными представлениями о собственной независимости, а также отказом от следования общепринятым нормам.
Полученные данные об особенностях образа «Я» и самооценки «жителей Интернета» могут быть проинтерпретированы не только как показатель неблагополучия тех, кто стремится в Интернет-среду, и вредоносности самой этой среды (ссылки на такие результаты см. в [5]). Можно рассматривать Интернет как культуру, в рамках которой появились новые средства для личностного развития тех, кому по каким-либо причинам трудно формировать свой образ «Я» с опорой на свои природные данные или социальные достижения.
Появление Интернета не только поставило точку в индустриальном этапе развития общества, но и изменило психологические свойства современной культуры. Для активного участника Интернет-жизни проблема отчуждения в том виде, в котором ее обсуждал Э. Фромм, уже не стоит. «Он не участвует ни в планировании трудового процесса, ни в его результатах, он почти никогда не соприкасается с произведенным продуктом в целом» [12, с. 194]. Вряд ли человек, имеющий свой сайт (личный или корпоративный) или поддерживающий своим присутствием Интернет-сообщество, отнесет эти слова к себе. Да и отмечаемая Лотманом оборотная сторона ориентированной на сообщения культуры XX в. — «резкое разделение на передающих и принимающих, возникновение психологической установки на получение истины в качестве готового сообщения о чужом умственном усилии...» [10, с. 44-45] — уже не характерна для ориентированной на автокоммуникацию культуры Интернета.
СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ
Арестова О.Н., Бабанин Л.Н., Войскунский А.Е. Психологическое исследование мотивации пользователей Интернета // 2-я Российская конференция по экологической психологии. Тезисы. М., 2000.
Арестова О.Н., Бабанин Л.Н., Войскунский А.Е. Коммуникация в компьютерных сетях: психологические детерминанты и последствия // Вестник МГУ. Сер. 14. 1996. Вып. 4.
Бабаева Ю.Д., Войскунский А.Е., Смыслова О.В. Интернет: воздействие на личность // Гуманитарные исследования в Интернете / Под ред. А.Е. Вой-скунского. М., 2000.
Байбурин А.К. Семиотические аспекты функционирования вещей // Этнографическое изучение знаковых средств культуры. Л.: Наука, 1989.
Войскунский А.Е. Психологические аспекты деятельности человека в Интернет-среде // 2-я Российская конференция по экологической психологии. Тезисы. М., 2000.
Выготский Л.С. Собр. соч. М.: Педагогика, 1984. Т. 4. С. 227.
Жичкина А.Е., Белинская Е.П. Самопрезентация в виртуальной коммуникации и особенности идентичности подростков-пользователей Интернета // Труды по социологии образования. М., 2000. Т. 5. Вып. 7.
Зинченко В.П. Живое знание. Самара, 1998.
Ленский В.Е., Рапуто А.Г. Моделирование и поддержка сообществ в Интернете. М., 1999.
Лотман Ю.М. Внутри мыслящих миров. М., 1996.
Петухов В.В. Понятие личности // Субъект деятельности. Хрестоматия. М., 1998.
Фромм Э. Современное положение человека // Психоанализ и этика. М.: Республика, 1993. С. 194.
Чудова Н.В., Евлампиева М.А., Рахимова Н.А. Психологические особенности коммуникативного пространства Интернета // Медиапсихология. М., 2001.
Чудова Н.В., Долныкова А.А. Психологические особенности суперпрограммистов // Психол. журн. 1997. Т. 18. N 1.
PECULIARITIES OF SELF-IMAGE OF «INTERNET RESIDENT»
N. V. Chudova
Cand. sci. (psychology), sen. res. ass., Institute of program systems of RAS, Pereslavl-Zalessky
Internet is considered as a new cultural space and its peculiar semiotic sphere is analyzed. There are presented the data obtained in self-image examination in users who are the main consumptive group of Internet culture and are called «Internet residents». Peculiarities of Internet communication are considered as a new cultural means mediating the development of self-consciousness.
Key words: self-image, Internet culture, development of self-consciousness, authorial position.
категория: Психология и Общество